Alpenforum

Альпийский форум, нейтральный взгляд - политика онлайн

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Выход России из ОПЕК+: как Москва убивает нефтедоллар. Пятница, 6 марта 2020 года, войдет в историю как день крушения мировой системы нефтедоллара, существовавшей с 1960 года

Начать новую тему  Ответить на тему

Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

Россия, вперед!

Россия, вперед!
Carpal tunnel
Carpal tunnel
Выход России из ОПЕК+: как Москва убивает нефтедоллар

https://regnum.ru/news/economy/2878756.html

Пятница, 6 марта 2020 года, войдет в историю как день крушения мировой системы нефтедоллара, существовавшей с 1960 года. На заседании ОПЕК+ в Вене Россия отказалась от дальнейшего участия в программе сокращения добычи ради стабилизации цены на черное золото.

Таким образом, действующие соглашения автоматически прекратятся после истечения срока договоренностей 31 марта текущего года. С этого момента каждый производитель о себе будет заботиться сам.

Почему такое случилось и чем это обернется в ближайшем будущем, сегодня является одним из главных экономических, а также геополитических вопросов. Понимание ответа требует некоторого ретроспективного анализа причин возникновения союза ОПЕК с Россией три года назад.

Столкнувшись с проблемой неустранимости отрицательного сальдо внешнеторгового баланса, Соединенные Штаты запустили у себя так называемую сланцевую революцию. За счет быстрого наращивания добычи нефти в своих сланцевых месторождениях Америка рассчитывала превратиться из неттоимпортера в ведущего неттоэкспортера нефти в мире и на этом заработать. В чем, надо сказать, на первых порах определенно преуспела.

С почти нулевых значений в 2007 году, США подняли экспорт нефти до 2,3 млн баррелей в сутки в 2013 и достигли 3,5 млн баррелей в 2014 году, тем самым сразу захватив 4,3% мирового рынка. К середине 2018 года темп сланцевой добычи достиг 6,3 млн баррелей.

Да, большинство добывающих компаний ушли в убыток, но мировой рынок получил значительный прирост предложения и начал на него реагировать. Для справки, суточная добыча в Саудовской Аравии и России составляли примерно по 10 млн бочек в день.

В результате средняя цена за баррель марки Brent упала со 111,87 в июне 2014 до 48,42 долларов в январе 2015. Перед ведущими производителями встал вопрос — что делать дальше?

Положение выглядело просто. Рыночная стихия самостоятельно кризис преодолеть не могла. В сентябре 2015 бочка стоила уже 47,23 доллара, а в январе 2016 просела до 30,8. Американский сланцевый рынок сотрясали разорения добывающих компаний, но рынок продолжал болтаться в районе 42−49 долларов с тенденций рухнуть еще глубже. Все как-то сразу вспомнили, что в июле 1986 нефть и вовсе торговалась на уровне 9,56 доллар/баррель, что теперь не могло устроить вообще никого из производителей.

Впрочем, негативный прогноз выглядел не столь мрачно, однако радости не вызывал. Расчет по балансу спроса и предложения прогнозировал стабилизацию рынка где-то в районе 42 долларов.

В частности, для России это грозило не только прекращением накоплений в Резервном фонде, но и означало прямые убытки бюджета, рассчитанного исходя из уровня отсечения в 40 долларов за баррель, если он просядет, скажем, до 39. Относительно получаемой ранее 1 млрд долларов суточной выручки общие потери российской нефтянки могли достичь 610 млн долларов в день. Саудовская Аравия свои потери оценивала примерно также.

Если же попробовать совместными усилиями ОПЕК (34% общего объема мировой добычи) и России (12,6%) на время дебет сократить, скажем, на 1 млн баррелей в сутки на всех, то казалось возможным удержать мировую цену хотя бы на 53−55 долларах.

В этом случае конкретно Россия теряла бы только 466,5 млн долларов в сутки, что на 143,5 млн долларов меньше худшего сценария. Кроме того, страна оставалась способна продолжать нормальное исполнение бюджета и даже сохраняла приток средств в резервы.

В результате, 30 ноября 2016 года в Вене Москва подписала соглашение с Картелем о совместных действиях по преодолению кризиса, получившее название ОПЕК+. Оно предусматривало общее снижение добычи на 1,8 млн баррелей в сутки, из которых на долю РФ приходилось 300 тыс. баррелей.

Поначалу решение возымело ожидаемый эффект. Если на день подписания баррель стоил 47,97, то в январе 2017 он поднялся до 55,98 долларов, Тем самым сократив российские потери еще почти на 10 млн долларов в день. Тактический союз с Картелем работал даже при условии отказа снижать добычу со стороны США. Так что в мае 2017 года, когда прошлое соглашение истекло, члены ОПЕК+ его продлили до марта 2018, а потом и до конца марта 2020 года.

На первый взгляд, все шло хорошо. Уже в ноябре 2017 цена преодолела отметку в 62 доллара, в январе 2018 она перешагнула 68,77, а в октябре 2018 добралась до уровня 80,64 доллара за баррель. Мы сократили потери в нефтяной выручке до 194 млн в сутки, что являлось несомненной победой по сравнению с 610 млн наихудшего сценария.

Но теперь в деталях дело уже выглядит не столь радужно. По мере роста цен сокращались и убытки американских сланцевиков, что вылилось в наращивании ими объемов добычи. В сентябре 2019 года она достигла 12,45 млн баррелей в сутки. Это не только давило на цены, снова начавшие дрейф вниз (63,15 на июнь 2019 года), но и стало формировать общий избыток предложения на рынке.

Позднее дисбаланс усилился еще больше. Например, в официальной статистике не отражаются 54,7 тыс. баррелей в сутки добываемой нефти в Сирии, месторождения которой находятся под контролем армии США. Никто не может точно назвать фактический объем экспорта находящегося под санкциями Ирана.

Считается, что добыча там упала до 2,28 млн бочек в день, но ряд источников считает, что с учетом серых операций она может достигать 2,6 млн баррелей. Разница превосходит объем сокращения российской добычи.

Дело осложняется еще и тем, что на 100 млрд долларов торгов физической нефтью в мире приходится около 5 трлн оборота так называемой бумажной. Это когда инвесторы вкладываются во фьючерсные контракты исключительно в спекуляционных целях, не предполагая ее на самом деле забирать.

Эти фьючерсы с добычей не связаны вообще никак. Они означают, что некий продавец обязуется к какому-то сроку ее где-нибудь найти и поставить покупателю по фиксированной цене. Причем, на фьючерсную торговлю еще существуют деривативы, что крайне сильно затрудняет учет реального рыночного баланса с достаточной точностью.

Например, по официальным данным совокупное потребление нефти за 2017 год выросло до 98,19 млн баррелей в день (всего на 1,7 млн больше итогов 2016), тогда как официально заявляемый суммарный объем ее мировой добычи составлял около 52 млн баррелей в сутки.

Теоретически арифметика говорит, что на рынке должен возникнуть дефицит предложения и цены обязаны взлететь за облака, но при этом они тихо падают, а запасы нефти в хранилищах только растут. Весной 2019 года часть танкерного флота вообще стояла на рейдах груженая нефтью в качестве временных хранилищ.

Эксперты это трактуют как прямое доказательство наличия избытка предложения на уровне в 2,3−2,8%. С тенденцией его роста к 6,5% в конце 2019.

А самое главное, все усилия ОПЕК+ по сокращению добычи США используют для наращивания своей рыночной доли, наплевав на ценовые последствия в перспективе. Им остро необходимо исправлять отрицательность внешнеторгового баланса, прежде всего, сейчас. Правда, играть на объем сейчас пытаются многие. Например, Бразилия, доля добычи которой составляет 3,1%.

В общем, цены снова потихоньку пошли вниз и предложение Саудовской Аравии сократить добычу в рамках ОПЕК+ еще больше (для России оно предполагало сокращение уже на 500 тыс. баррелей в сутки) эффективно стабилизировать рынок явно не могло.

Коронавирус COVID-19 показал, что мировая экономика не просто впала во временный кризис, после которого продолжит рост. Надвигающийся спад мировой экономики носит системный характер, он будет большим и надолго. Хорошо, если достигнуть дна получится за одной десятилетие.

Совладелец ЛУКОЙЛа в оценке размера потерь РФ от 100 до 150 млн долларов в день из-за выхода из соглашения ОПЕК+ совершенно прав математически, но ошибается системно. Потому что оценивать надо не относительно сегодняшнего дня, а отталкиваться от цифр худшего сценария, в основе которого лежит цена рынка на ближайшие 3−5 лет, что делает определяющей не саму котировку, а себестоимость добычи.

А вот тут получается следующее. Россия профицитность своего бюджета, следовательно, и возможность продолжения реализации планов экономического развития сохранить может и при нефти по 40 долл/барр. У саудитов в этом случае внутренние проблемы возникнут, но в целом они преодолимы. А вот американская сланцевая добыча этот уровень выдержать не сможет совершенно точно, особенно с учетом нависшего над ней кредитного «дамоклова меча».

Тем самым общее предложение сократится на американскую долю в 12,45 млн баррелей в сутки что больше, чем вся добыча РФ. Плюс неизбежно уменьшится предложение со стороны Канады, Венесуэлы и ряда других стран.

В целом на круг этот шаг в течение двух-трех месяцев способен убрать с рынка до 9−10% ее совокупного предложения, чем точно стабилизирует цены в районе достаточно комфортных для нас 42−44 долларов за бочку, если не выше.

Да, это приведет к сокращению экспортной выручки с нынешних 600−650 млн долларов в сутки до 430 млн, но позволит оградить цену от влияния США и даже даст возможность России нарастить объем добычи на 2−3% относительно нынешних значений.

Да, сейчас просядет рубль, и масса экспертов вывалят на публику все свои измышлизмы по поводу «из этой страны надо валить». Но в стратегической перспективе данное решение означает выход России на совершенно новый уровень мирового влияния. теперь не только политического, но и экономического.

Тогда как Соединенные Штаты потеряют нефтегазовую отрасль, приносящую 1,3 трлн долларов в год и формирующую 7,6% американского ВВП. Ну, и наконец, распад ОПЕК, служившей основой мировой системы американского нефтедоллара — саудиты и их сделка ОПЕК+ — была лишь частью американской игры, нам также будет на пользу. Это будет новая ОПЕК+, как совершенно правильно пишет ТГ-канал «Русский демиург», с новыми, российскими правилами игры, а не американскими.

Россия, вперед!

Россия, вперед!
Carpal tunnel
Carpal tunnel
В 2019 году площадь плодовых и ягодных насаждений увеличилась на 7,1%

https://sdelanounas.ru/blogs/131012/



По оперативным данным Минсельхоза России, в 2019 году в сельскохозяйственных организациях и крестьянских (фермерских) хозяйствах, включая индивидуальных предпринимателей, закладка многолетних плодовых и ягодных насаждений проведена на площади 18,1 тыс. га, что на 7,1% больше, чем в 2018 году. При этом до 70% приходится на сады интенсивного типа — семечковые и косточковые культуры, вступающие в раннее плодоношение и отличающиеся высокой урожайностью.

Регионами лидерами по закладке многолетних плодовых и ягодных насаждений стали Кабардино-Балкарская Республика (2,580 тыс. га), Краснодарский край (1,711 тыс. га) и Республика Дагестан (1,300 тыс. га). Благодаря этой работе отмечается стабильный рост объемов производства плодов и ягод в СХО и КФХ, которые производят товарную продукцию для внутреннего потребления, в том числе для обеспечивая население во внесезонный период.

anw

anw
Гуру
Гуру
Россия перешла в наступление, надавив горлом на вражеский штык...

Россия, вперед!

Россия, вперед!
Carpal tunnel
Carpal tunnel
Forbes: «нефтяная война» между Россией и Саудовской Аравией закончится победой Москвы

Оригинал новости ИноТВ:
https://russian.rt.com/inotv/2020-03-10/Forbes-neftyanaya-vojna-mezhdu-Rossiej


Ценовая война на нефтяном рынке, начатая Эр-Риядом после отказа России от предложенного ОПЕК сокращения добычи, скорее всего, завершится триумфом российской стороны, считает обозреватель Forbes Эллен Уолд. По мысли журналиста, Саудовская Аравия не сможет долго выдерживать низкие цены на нефть, поскольку имеет обязательства перед ОПЕК и как раз сейчас реализует масштабные проекты по укреплению экономики.
Forbes: «нефтяная война» между Россией и Саудовской Аравией закончится победой Москвы
Reuters

Наступивший на этой неделе «нефтяной коллапс» стал результатом столкновения «двух могущественных нефтедобывающих держав», которые в обстановке «глобального кризиса спроса» стали действовать, исходя из собственных интересов, пишет внештатный обозреватель Forbes Эллен Уолд. Как напоминает Уолд, на протяжении трёх лет ОПЕК удавалось договариваться с Россией и другими странами-экспортёрами чёрного золота о сокращении добычи нефти, усиливая тем самым эффект от подобных мер, — и за это время Россия, поддерживая сокращения, в сущности «заработала себе право накладывать вето на решения нефтяного картеля»: ОПЕК в итоге пришла к практике, когда «она принимала какое-то решение, а потом выжидала сутки, чтобы понять, поддержит ли его Россия». В итоге на прошлой неделе в самый разгар вызванного коронавирусом снижения спроса на нефть Москва своё «вето» наконец-то использовала, выступив против очередного плана ОПЕК по снижению добычи, отмечает Уолд.

Как пишет автор, ОПЕК планировала сократить добычу на 1 млн баррелей в сутки и просила своих партнёров, не входящих в её состав, — включая и Россию — снизить производство на 500 тыс. баррелей в сутки, заявив, что если эти партнёры откажутся, сокращать добычу не будет никто; президент России Владимир Путин ещё в начале прошлой недели дал понять, что Москва не готова идти на дальнейшее сокращение добычи, и в пятницу российские власти официально отказали ОПЕК. После этого Саудовская Аравия решила снизить цены на нефть, чтобы увеличить собственный объём экспорта, а также «наказать Россию». Кроме того, СМИ сообщили, что Эр-Рияд в апреле нарастит объём добычи нефти как минимум до 10 млн баррелей в сутки, что хоть и является весьма серьёзной планкой, но всё же не превышает введённые ОПЕК квоты. Цена на нефть после открытия торгов в воскресенье вечером по США сразу же обвалилась примерно на 30%, подчёркивает Уолд.
Россия никогда не состояла в ОПЕК и ни разу не выказывала намерения «работать во имя общего блага», продолжает обозреватель Forbes. По мнению журналиста, Москва, несомненно, понимала, что объём поставок нефти из Саудовской Аравии пострадал из-за коронавируса, и «рассудила, что ей самой не нужно сокращать свой вполне приличный уровень добычи и поставок, чтобы стабилизировать рынок для всех остальных». Впрочем, даже если бы Россия урезала производство, колоссального роста рынок бы не показал, полагает автор.

По мнению Уолд, Саудовская Аравия, включившая Россию в «процесс принятия решений в рамках ОПЕК+», отреагировала на решение Москвы, использовав единственную доступную ей стратегию — она нарастила производство и снизила цены, чтобы обеспечить себе покупателей. Как полагает обозреватель Forbes, такой шаг «не назовёшь безрассудным»: главная нефтяная компания страны Saudi Aramco имеет самый большой запас по объёмам производства, располагая возможностью наращивать добычу больше, чем любой её конкурент, а кроме того — добывает чёрное золото по самой низкой в мире себестоимости, а следовательно получает прибыль даже при низких ценах. Вместе с тем, Эр-Рияд всё же совершил «ошибку», и она заключается в том, что он представил свою тактику как реакцию на действия России — ведь именно по этой причине рынок воспринял последние события как «катастрофу», констатирует Уолд. Ещё одна проблема с такой интерпретацией — в том, что она позиционирует Россию и Саудовскую Аравию как оппонентов, и «победителем в итоге будет выглядеть Россия», убеждена журналист. «Во-первых, Путин и российский министр энергетики Александр Новак — жестки и опытны в плане принятия сложных решений по нефти, а вот к монарху Саудовской Аравии Салману, его сыну Мохаммеду и другому его отпрыску, а также министру нефти Абдулазизу таких эпитетов не применяют, — поясняет она. — Во-вторых, Россия имеет возможность держаться до конца, а вот у Саудовской Аравии есть мотивы пойти на попятную первой и заставить ОПЕК предпринять попытку стабилизировать рынок».

Саудовская Аравия придаёт ОПЕК большое значение, поскольку получает от своего статуса самого авторитетного члена картеля большую выгоду — а следовательно Эр-Рияд будет «ощущать необходимость» подтолкнуть ОПЕК к очередному шагу по сокращению добычи, чтобы уравновесить рынок; это может произойти на очередном саммите картеля в июне, а может быть — и на экстренной встрече ранее, предполагает обозреватель Forbes. Кроме того, Саудовская Аравия и так испытывает бюджетные трудности в связи с реализацией масштабных проектов правительства по укреплению экономики, и низкие цены на нефть в таком контексте могут сильно ударить по королевству, считает журналист. Наконец, Saudi Aramco в декабре провела первичное публичное размещение, и её акции приобретали граждане страны — среди них владельцами ценных бумаг стали почти 20%, причём многие из них взяли под это кредиты; в настоящий же момент цена акции Aramco — ниже, чем была во время IPO, и продолжает падать, а значит Эр-Рияду придётся стабилизировать нефтяной рынок и вернуть доверие к своей нефтяной компании, а иначе негодовать будет одна пятая часть саудовцев, пишет автор.

«На данный момент представляется, что Саудовская Аравия скорее всего в какой-то момент ощутит необходимость предпринять какие-то меры по стабилизации рынка, — подытоживает Уолд. — Главный вопрос в том, как лидеры страны, предпринимая подобные шаги, будут спасать свой престиж».

Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Начать новую тему  Ответить на тему

Права доступа к этому форуму:
Вы можете отвечать на сообщения